Видео (Неделя 7. Обзор)

Что из этого получится, не знаю. Ах, вы знаете, когда я работаю над материалами, я их перечитываю, исчеркивая вот так, очень мелкой рябью. Появляется целая масса интересных идей, открытий. И я надеюсь, что… Я не знаю, вы найдете свой метод, свой способ работы, погружения в этот текст.

О курсе «Становясь сознательным»

А у нас курс «Становясь сознательным» стартовал на прошлой неделе. И участники уже в действительности меня очень удивляют: каждый находит свой путь к самому себе. Да, у каждого находятся свои трудности, свои препятствия. В то же самое время каждый из нас находит свою помощь, свою путеводную звезду. И это так славно. Если бы этого не было, все было бы совершенно грустно и безнадежно. Каждый, как бы… я даже этого не ожидал. Кто-то нашел этот путь. Кто-то нашел этот. Отлично. Классно. Так, двинемся дальше.

Эпиграф седьмой недели: Кошмар истории

Седьмая неделя. Посмотрите, посмотрите на этот эпиграф к этой неделе. Меня он заинтересовал. Вначале я не мог понять: история? Вот: «История — это кошмар, от которого я пытаюсь пробудиться». Джеймс Джойс. Ну, Джеймс Джойс.

Если вы немножечко исследовали эту тему, для вас «Улисс» Джеймса Джойса представляет собой некое пространство в литературе, в английской литературе, некое революционное пространство. А это является классикой, классикой литературы. Но почему это стало классикой? Возникает вопрос, да? Почему «Улисс» Джеймса Джойса стал классикой английского жанра, литературы? Кто такой Улисс? Кто такой Джеймс Джойс? И это целая, целая отдельная красивая, грустная сага.

Стоит только отметить, что Джеймс Джойс, будучи ирландцем, получившим религиозное, социальное образование в Ирландии, жил в самовольно навязанном изгнании в Европе. И «Улисс» — это Одиссей современности. У нас целый, целый ряд очень глубоких ассоциаций с Одиссеем, который стремится вернуться из странствия домой. Всё его существо устремляется вернуться домой, к своей жене и сыну, которых он оставил, уходя на войну, на Троянскую войну. И события не только «Одиссеи», но и «Илиады» говорят об уме Одиссея, царя царей, великого и могучего не только своей физической силой, но и мощью интеллекта, своей гибкостью, своей смекалкой, своей способностью адаптироваться к изменяющимся обстоятельствам жизни. И мы переходим через целый ряд, целый ряд ступеней.

Мы возвращаемся к Джеймсу Джойсу, который говорит об истории: «Это кошмар, от которого я пытаюсь пробудиться». И почему, почему эта цитата сейчас находится в начале, под эпиграфом недели седьмой курса «Становясь сознательным» Энтони де Мелло?

От какого кошмара мы пытаемся пробудиться?

От какого кошмара пытался пробудиться Джеймс Джойс и его герой? От какого кошмара пытаемся пробудиться мы с вами? Быть мальчиком или девочкой, рожденными в той или иной культуре, в той или иной религии, в том или ином социальном окружении, получив опыт с самого раннего детства от родителей, родственников, друзей, школы, университета или ПТУ, или работы. И этот опыт лежит бременем и предопределяет, как мы думаем, воспринимаем всё, что встречается на нашем пути.

Где я? Я? Где моя жизнь? Если всё это срезать, если всё это отсортировать, где он, я? Получил ли я рождение? Начал ли я жить? Или я являюсь этим конгломератом мнений, которым я не являюсь? Всё, что я думаю, является чьим-то другим мнением. А что я думаю? А что мне важно? А почему я живу? Почему я хочу? А чего я хочу от этой жизни? Чего я хочу от моей девушки, от моей мамы, от моих родителей, от моих родственников, от того социума, в котором я нахожусь? А что я могу привнести во взаимоотношения со всеми этими людьми? Какую доброту, какую пользу, как я могу улучшить их жизнь? Всё это является открытыми, очень-очень болезненными, как открытая рана, вопросами.

Свобода искать свои ответы

Красота этого курса, красота слов Тони де Мелло состоят в том, что Тони оставляет нам пространство найти ответы самим и жить согласно этим ответам, и иметь возможность изменить эти ответы и жить согласно вновь найденным ответам. Мы не следуем определенной агенде, определенной предпосылке, что надо так следовать, так надо, а вот так не надо, так хорошо, а вот так плохо. Никто не режет по каким лекалам. Нам представляется возможность исследовать себя самих согласно нашей природе, согласно нашей дхарме, и согласно этой дхарме, которую мы откроем для себя самих. Но эта дхарма — динамическая. Мы можем обновлять её столько, сколько мы посчитаем необходимым, и столько, сколько мы получаем новое озарение и новое понимание.

Никакое решение не будет поставлено нам в укор. Нас не будут делать заложниками наших слов: «Ну ты же так сказал. Действуй согласно своим словам». Я поменял. Можно, можно, можно менять, можно передумывать, можно изменять, можно делать перерыв. Выдохнули. You are perfect. You are beautiful.

Свой авторитет vs. Чужие предписания

Проблема в том, что мы выходим в те диапазоны, в которых мы не есть. Это странный концепт. Мы действуем согласно определенной политике партии, определенной философии, определенным направлениям йоги. Мы голодаем. Мы не кушаем мясо. Мы кушаем мясо. Мы делаем то, мы не делаем это — согласно тем или этим авторитетам. Но в то же самое время мы не развиваем свой собственный авторитет. Мы не развиваем своё собственное понимание. И мы существуем в той среде, где изменение этого понимания не вполне приветствуется. Очень как бы классно, да? «Ну ты же мясо не кушал, а сейчас мясо кушаешь». «Ну ты же мясо кушал, а сейчас мясо не кушаешь». «Ну ты же жил без секса, а сейчас вот как бы с девушкой встречаешься». «А ты же с девушкой встречался, а сейчас у тебя нет секса».

Мы находимся в определенной психологической жесткости. Даже если мы не сами жестки, мы находимся в определенном окружении, которое имеет определенную жесткость, которое в то же самое время может требовать от нас определенной жесткости ядра. Да нет, может быть, не знаю.

Привязанность как причина несчастья

Давайте возвращаться к теме седьмой недели. Что-то меня несет. Вот. А вопрос — привязанности. Я пытаюсь это всё связать к теме этой недели. Почему? Почему мы привязываемся к определенным формам, формам проявления себя и определенным манифестациям, определенным формам проявления других людей? «Вот так я могу делать, а так я не могу делать». «А так этот человек может делать, а вот так этот человек не может поступать». И что происходит, когда мы отклоняемся от этого скрипта, от определенных ожиданий? Когда человек отклоняется от определенного скрипта? Ну, он же назывался, она же называлась моей женой, но она должна действовать согласно определенным моим ожиданиям как жена. Она не действует как жена. А что делать? А что делать? Я не знаю. Я не знаю, что делать, когда моя жена ведёт себя не как моя жена. Тони говорит:

Единственная подлинная причина несчастья — это привязанность. Привязанность — это убеждённость в том, что без чего-то, кого-то или какого-то исхода вы не можете быть счастливы.

Я спросил самого себя: «А, ну понятно, да? Вот мы говорим про телефоны и тачки, и машины, и красивых жён, и умных детей. А как так получилось, что моя идея о Боге стала моей привязанностью?»

Мы можем как бы критиковать общую культуру, да? «Вот что обычные люди выбирают, а я вот выбрал». А внутри всем известная мартышка продолжает держаться за решетку. Блин, как случилось, что моя идея о Боге стала моей привязанностью? Я вроде бы искал свободы, а нашёл золочёные цепи. Я привязал себя к определенным концептам. И это не обычные концепты обычных людей, которые живут нормальной жизнью, да. Я привязал себя очень конкретными, тяжелыми цепями, которые меня обязывают к определенным лишениям, определенным ограничениям: ограничению физической близости, ограничениям в отношении пищи, ограничениям того диапазона наслаждений и радости, которые я могу себе позволять. Я говорю о жизни в так называемой садхане, так называемой йоге. Вот.

Мы говорим, с одной стороны, если вы приходите, как бы: «А я хочу узнать о духовности, да, ну вот, как бы а что делать, а что не надо делать?» — это первая часть, да? Вот я прихожу из большого мира идей, с которыми я вырос. Вот. А вторая идея — это то, что я как бы ушёл из этого мира и следовал определенному ряду идей духовности. И как бы я пришёл к определенному тупику, да, вот шёл-шёл, шёл-шёл, шёл-шёл, пришёл к тупику. Да, ну что делать?

Тони говорит об этом феномене привязанности. Мы начинаем изо всех сил, изо всех сил, каждую минуту своей жизни перекраивать мир вокруг себя, чтобы обрести, удержать объекты своей привязанности. Посмотрите, сколько энергии, сколько усилий, сколько противодействия вы осуществляете в своей повседневной жизни? Сколько раз вы говорите «нет»? Сколько раз вы говорите «да» тому, что происходит в вашей жизни? Я вас не учу, как жить. Я говорю о своей жизни. Да. Вот. Требуется прожить 20, 20 лет жизни, говоря «нет», чтобы один раз сказать «да». Ну, может быть.

Вот и Тони погружается в этот вопрос о привязанности. Достаточно экстремальный язык используется. Слово «кошмар». Кошмар, от которого я пытаюсь пробудиться. Джеймс Джойс, его жизнь, формирование как автора в Ирландии с её опытом экстремизма, сопротивления, борьбы за независимость от Великобритании, католической религии, насаждения религии. И человека, который живёт во всём этом, там, живёт этим, дышит этим и говорит: «А кто я без всего этого? Могу ли я увидеть себя без всего этого? А что я без всего этого?»

И вы можете подумать: «Ну, типа, дурачок, а что я, да вот что я без всего того, чем я дорожу и всего, к чему я привязан?» Опять же, я возвращаюсь к этой теме: вы можете быть привязаны к идее об определенных вещах. И среди этих идей может быть ваша идея о Боге, и идея о духовности, идея о йоге, идея о счастье.

Возвращаемся к счастью. Как раз сегодня читал в чате в нашей садхане, кто-то говорит, что Сергей говорит: «Ну, типа, получение более высокого счастья, более высокой радости посредством отсечения, отрезания, отделения от всего того, низшей радости». Ну, мы говорим об этом, да, вот мы говорим в контексте духовного материализма, духовного избегания. И эти вещи очень жесткие, очень трудно принять, если вы бегали от них 20 лет, на протяжении 20 лет. Хорошо, что если вы бегали всего лишь пару лет, ну, и трудно принять, да? Вот. А вот 20 лет, а, черт побери. Ну, всё это, всё это, всё это время, да, вот требуется интеграция, требуется принятие, требуется работа по принятию.

В поисках психологической гибкости: Кришнамурти и Интегральная йога

И для меня огромной подготовкой к этому курсу, который происходит сейчас, «Становясь сознательным», седьмая неделя, для меня было знакомство с Кришнамурти, Джидду Кришнамурти. У нас Юджи Кришнамурти, Джидду Кришнамурти, много всяких Кришнамурти. Я говорю о Джидду Кришнамурти. И в тот момент я ещё был ауровильцем. Я, честно говоря, не знаю, как можно быть ауровильцем и не стать ауровильцем, черт побери. Да. Вот типа, ну, стал ауровильцем, всё, ауровилец на всю жизнь. Как это: ты 3 года не прожил в Ауровиле, перестал быть ауровильцем? Что за… Да ну, система, да, система, вы понимаете.

А как бы там ни было, я открыл для себя Джидду Кришнамурти, его слова, где-то 2016-2015 год, где-то там, может, раньше, наверное, 2014 год. И очень трудно, трудно соединить духовность Шри Ауробиндо и Матери и слова Кришнамурти. Я говорю по личному опыту. И когда я начал читать Кришнамурти, ну, это была любовь с первого взгляда. «Дайте мне больше. Да, люблю». Читал очень много, запоем, безостановочно, пытался интегрировать идеи.

А когда в один из этих приходов я спросил уважаемого лектора, профессора, авторитета Рода Хемселла, книги которого я публиковал на аура-книге, в Ors-проекте, сказал: «Род, а как насчёт Кришнамурти?» О Кришнамурти и спросил: «Род, Кришнамурти говорит такие замечательные слова. Что ты об этом думаешь?» Ну, Род — он известная величина в Ауровиле и в англоязычном комьюнити интегральной йоги. Род мне сказал: «Ну, Мать сказала, что Кришнамурти подрывает сами основы интегральной йоги и разрушает всё то, о чём говорил Шри Ауробиндо».

И вы понимаете, вы находитесь сейчас в очень-очень неудобной ситуации. Вас застали с пальчиками не в том месте. Как вы из этой ситуации будете вылазить, я не знаю, не моя проблема. Вот. Мать очень чётко, очень негативно, по словам Рода Хемселла, отозвалась о Кришнамурти. Но то, что я называю мой ментор, мой гуру, если хотите, у Володи Кришны есть гуру или в интегральной… У меня много всяких гуру, всевозможных гуру. В каждой традиции у меня есть гуру. Да. Вот в традиции интегральной йоги мой гуру — это Махаю, Пундалик Пандит. И это было одним из вот этих подтверждений, что это тот человек, которого мне нужно слушать.

Когда у Пандита спросили: «А как насчёт Кришнамурти?» Что Пандит сказал? Он сказал, что если у вас есть милость открыть глаза другому духовному учителю, это в действительности является божественной милостью. Если вы способны услышать истину, которую говорит Джидду Кришнамурти, это милость. У Пандита спросили вопрос: «А если я гей, могу ли я практиковать интегральную йогу?» Он сказал: «Конечно, конечно». Что тут говорить о психической, психологической гибкости? Да вот он. Вот он. Он — секретарь Матери с самых ранних лет в интегральной йоге, в ашраме Шри Ауробиндо. Вот она, психологическая гибкость. Да, конечно. Давай.

Как формируется привязанность

Вот и возвращаемся к нашей теме о том, почему, почему Джидду Кришнамурти. Смотрите, отрывок в конце этой страницы. Как формируется привязанность?

1. Соприкосновение с чем-то, что доставляет вам удовольствие: машиной, благоустройством, похвалой, обществом человека, идеологии, теории или вере.
2. Желание удержать это и повторить приятное ощущение.
3. Убеждённость, что вы не будете счастливы без этого человека, вещи или исхода. Потому что вы отождествили удовольствие со счастьем. То удовольствие, которое вы получили, вы приравняли к счастью вашего существа.

И это Кришнамурти в его центральном послании, фундаментальном послании. И это те вещи, которые не адресует интегральная йога или какая, я не знаю, какая йога адресует эти вещи, но я происхожу из традиции интегральной йоги. Эти вещи мы не адресовали. Желание вырвать с корнем кровоточащим. XXI век, да. Бомбардируемся рекламами, всевозможными вещами. Живём жизнью с девушкой, с женою, с детьми, с тёщей, да. Вырывать желание с корнем. Вот.

А первое, давайте повторимся. Как формируется привязанность? Мы к этому будем возвращаться. Это тема, вы слушаете сейчас, вы это запомните на всю оставшуюся жизнь.

• Первое. Соприкосновение с чем-то, что доставляет вам удовольствие: машиной, разрекламированным устройством, похвалой, обществом какого-то человека, привязанность к излюбленной теории, идеологии и вере.
• Второе. Желание удержать это и повторить то приятное ощущение, которое вызвал тот или иной человек, идея или вещь.
• Третье. Возникновение, появление убеждённости, что вы не будете счастливы без этого человека, этой вещи или исхода. И вы отождествили удовольствие, которое приносят вам эти люди, вещи, со счастьем.

Welcome to our world. Добро пожаловать.

С одной стороны есть эта сфера, сияющая сфера, сияющая часть этой полусферы — это вспышка восторга, трепет, удовольствие. И с другой стороны — тень, которая следует за этим удовольствием: чувство угрозы, напряжения, страх потери, которые сопровождают эту идею, этот объект. Страх потерять источник удовольствия, источник наслаждения.

Что мы, что мы есть во всей этой оплетённой всевозможными канатами, этими привязанностями, этими идеями? Тони спрашивает: «Можно ли ожидать, что человек, опутанный привязанностями, войдёт в тот океан счастья, что зовётся царством радости?»

Практика осознания: увидеть свои струны

Это единственная модель, единственная модель, которой нас научили социально, где мы были рождены, или даже не обязательно социально, но в отношении той религии или той идеи духовности, которую нам привили. Большинству. Подавляющее количество идей о духовности являются идеями о привязанности к идеям, к мыслям, к объектам, к людям. И мы не хотим терять эту привязанность, потому что эта привязанность является тем небольшим островком уверенности, удовлетворённости среди целого океана неопределённости, двусмысленности, многочисленного выбора.

Если вы захотите совершить определенный эксперимент со своим существом, закрыв глаза, посидеть внутри этого пространства, пространства «Я есть». И среди целой массы всевозможных вещей и элементов, которые нас окружают, выбрать тот элемент, которому мы неравнодушны.

Начните с самого простого, самого банального, самого неважного. «Мне хочется новый телефон. Мой телефон, ему 5 лет, он перегревается. Я записываю видео три-четыре раза, выключается от перегрева. Мне хочется новый телефон». Ощутите, найдите мысль подобного уровня. «Мне нравится спагетти. Мне не нравится лапша». Найдите это «нравится» или «не нравится», неважно, позитивное, негативное сейчас неважно.

Ощутите эту связь, этот мостик. Это «нравится» подобно струне, которая соединяет ваше внутреннее ядро с этим объектом. Это струна от вас до этого объекта. Не рвите струны. По боже, ощутите эту струну. О’кей.

Затем, так же как вы следили за своей связью между этим объектом, столь незначимым в вашей жизни, но желаемым, перейдите к чему-то более чувствительному. Ощутите эту более интенсивную гравитацию, более интенсивную динамику зависимости вашего счастья и вашего благополучия от здоровья вашей мамы или ещё чего-то. Что вам более важно? Ощутите, насколько отличается желание телефона, нового телефона, от желания, чтобы ваша мама была здорова. Интенсивность, вибрация этих струн.

Посмотрите в своем внутреннем пространстве то количество, тот огромный диапазон всевозможных струн, которые соединяют вас с этой реальностью. Вы не чувствуете себя инструментом? Гитару, контрабасу, скрипке, струнному инструменту, у которого есть маленькие струны, более толстые струны, совсем толстые струны. Каждая струна звенит, звучит своей вибрацией. Сохраняйте осознанность об этих струнах в своём существе.

Приходя из определённых традиций, мы имеем определенное отношение к тому, что нужно делать или что не нужно делать со своими желаниями. Но в первую очередь нам нужно привести, выкристаллизовать, вырисовать существование всех этих вещей в нашем существе. Не отказываться, не рубить, не резать, ничего такого подобного. Но и не удерживать. Не резать и не удерживать. А что делать? Просто их осознавать, что эти вещи существуют в моём существе. Эти вещи привязывают меня к определенным объектам, определенным вещам. Что-то мы можем осознать, что-то мы ещё не можем осознать. Но ничего. Главное, главное, что нам в этот момент ничего менять не надо. Слава Богу.

Просто ощутить эту всю живую плоть нашего сознания, все эти напряженные силы и движения в нашем существе, ту неловкость, ту неудовлетворенность, ту болезненность, которую те или иные струны, касание к тем или иным струнам вызывает в нашем существе. Это нынешнее положение вещей. Это к чему мы пришли в настоящий момент.