Превратите самолюбие в эмпатию
Закон нарциссизма
Все мы от природы обладаем самым замечательным инструментом для установления связей с людьми и достижения социальной власти — эмпатией. Если её развивать и правильно использовать, она позволяет нам видеть настроения и мысли других, даёт нам возможность предугадывать действия людей и мягко снижать их сопротивление. Однако этот инструмент притупляется нашей привычной поглощённостью собой. Все мы — нарциссы, просто кто-то находится глубже на этом спектре, чем другие. Наша миссия в жизни — примириться с этой любовью к себе и научиться обращать свою чувствительность наружу, к другим, а не внутрь себя. При этом мы должны одновременно научиться распознавать токсичных нарциссов среди нас, прежде чем окажемся втянутыми в их драмы и отравленными их завистью.
Спектр нарциссизма
С момента рождения мы, люди, испытываем бесконечную потребность во внимании. Мы — социальные животные до мозга костей. Наше выживание и счастье зависят от связей, которые мы формируем с другими. Если люди не обращают на нас внимания, мы не можем соединиться с ними ни на каком уровне. Отчасти это чисто физиологически: нам нужно, чтобы на нас смотрели, чтобы чувствовать себя живыми. Как могут подтвердить те, кто пережил долгие периоды изоляции, без зрительного контакта мы начинаем сомневаться в собственном существовании и впадать в глубокую депрессию. Но эта потребность также глубоко психологическая: через качество внимания, которое мы получаем от других, мы чувствуем признание и appreciation того, кто мы есть. Наше чувство собственной ценности зависит от этого. Поскольку это так важно для человека, люди готовы почти на всё, чтобы получить внимание, включая совершение преступления или попытку самоубийства. Загляните за любое действие — и вы увидите эту потребность как главную мотивацию.
Однако, пытаясь удовлетворить свою жажду внимания, мы сталкиваемся с неизбежной проблемой: его ограниченное количество. В семье нам приходится конкурировать с братьями и сёстрами, в школе — с одноклассниками, на работе — с коллегами. Моменты, когда мы чувствуем себя признанными и оценёнными, быстротечны. Люди в значительной степени могут быть безразличны к нашей судьбе, ведь им нужно решать свои собственные проблемы. Есть даже те, кто откровенно враждебен и неуважителен к нам. Как мы справляемся с теми моментами, когда чувствуем себя психологически одинокими или даже покинутыми? Мы можем удвоить усилия, чтобы привлечь внимание, но это может истощить нашу энергию и часто приводит к противоположному эффекту — люди, которые слишком стараются, выглядят отчаявшимися и отталкивают то внимание, которого хотят. Мы просто не можем полагаться на других в постоянном подтверждении нашей значимости, и всё же мы жаждем этого.
Сталкиваясь с этой дилеммой с раннего детства, большинство из нас находит вполне работающее решение: мы создаём «я» — образ самих себя, который утешает нас и позволяет чувствовать себя ценными изнутри. Это «я» состоит из наших вкусов, мнений, того, как мы смотрим на мир, того, что мы ценим. Выстраивая этот образ, мы склонны подчёркивать свои положительные качества и объяснять свои недостатки. Мы не можем заходить слишком далеко в этом, потому что если наш образ слишком оторван от реальности, другие люди укажут нам на несоответствие, и мы усомнимся в себе. Но если всё сделано правильно, в итоге у нас появляется «я», которое мы можем любить и лелеять. Наша энергия обращается внутрь. Мы становимся центром собственного внимания. Когда мы переживаем неизбежные моменты одиночества или недостатка признательности, мы можем отступить в это «я» и утешить себя. Если у нас бывают моменты сомнений и депрессии, наша любовь к себе поднимает нас, заставляет чувствовать себя достойными и даже превосходящими других. Этот самообраз работает как термостат, помогая нам регулировать наши сомнения и неуверенность. Мы больше не полностью зависим от других во внимании и признании. У нас есть самоуважение.
Эта идея может показаться странной. Обычно мы воспринимаем этот самообраз как нечто само собой разумеющееся, как воздух, которым дышим. Он действует в значительной степени бессознательно. Мы не чувствуем и не видим, как работает этот термостат. Лучший способ буквально визуализировать эту динамику — посмотреть на тех, у кого отсутствует связное чувство «я» — людей, которых мы назовём глубинными нарциссами.
В построении «я», за которое мы можем держаться и которое можем любить, ключевой момент его развития приходится на возраст от двух до пяти лет. Когда мы постепенно отделяемся от матери, мы сталкиваемся с миром, в котором не можем получить мгновенное удовлетворение. Мы также осознаём, что мы одиноки и при этом зависимы от родителей для выживания. Наш ответ заключается в том, чтобы идентифицировать себя с лучшими качествами наших родителей — их силой, их способностью успокаивать нас — и включить эти качества в себя. Если наши родители поощряют наши первые попытки к независимости, если они подтверждают нашу потребность чувствовать себя сильными и признают наши уникальные качества, то наш самообраз укореняется, и мы можем медленно надстраивать его. У глубинных нарциссов происходит резкий разрыв в этом раннем развитии, поэтому они так и не выстраивают последовательного и реалистичного чувства «я».
Их матери (или отцы) сами могут быть глубинными нарциссами, слишком поглощёнными собой, чтобы замечать ребёнка, поощрять его ранние попытки к независимости. Или, как вариант, родители могут быть «опутывающими» — чрезмерно вовлечёнными в жизнь ребёнка, душащими его вниманием, изолирующими от других и живущими его успехами как средством подтверждения собственной самоценности. Они не оставляют ребёнку пространства для формирования собственного «я». В прошлом почти всех глубинных нарциссов мы находим либо abandonment (оставленность), либо enmeshment (опутанность). Результат таков: у них нет «я», в которое можно отступить, нет фундамента для самоуважения, и они полностью зависимы от внимания, которое могут получить от других, чтобы чувствовать себя живыми и достойными.
В детстве, если такие нарциссы экстраверты, они могут функционировать довольно хорошо и даже процветать. Они становятся мастерами привлечения внимания и монополизации внимания. Они могут казаться жизнерадостными и захватывающими. У ребёнка такие качества могут казаться признаком будущего социального успеха. Но под поверхностью они становятся опасно зависимыми от тех доз внимания, которые стимулируют, чтобы чувствовать себя целостными и достойными. Если они интроверты, они отступают в фантазийную жизнь, воображая «я», которое превосходит других. Поскольку они не получат подтверждения этого образа от других (он слишком нереалистичен), у них тоже будут моменты сильных сомнений и даже самоотвращения. Они — то бог, то червь. Им не хватает последовательного ядра, они могут вообразить себя кем угодно, поэтому их фантазии будут постоянно меняться, как примеряемые новые личности.
Кошмар для глубинных нарциссов обычно наступает в двадцать-тридцать лет. Им не удалось развить тот внутренний термостат, связное чувство «я», которое можно любить и на которое можно положиться. Экстраверты должны постоянно привлекать внимание, чтобы чувствовать себя живыми и оценёнными. Они становятся более драматичными, более эксгибиционистскими и грандиозными. Это может стать утомительным и даже жалким. Им приходится менять друзей и обстановку, чтобы обеспечить себе свежую аудиторию. Интроверты погружаются глубже в фантазийное «я». Будучи социально неловкими, но излучая превосходство, они склонны отталкивать людей, что увеличивает их опасную изоляцию. В обоих случаях наркотики, алкоголь или любая другая форма зависимости становятся необходимым костылём, чтобы утешить их в неизбежные моменты сомнений и депрессии.
Вы можете распознать глубинных нарциссов по следующим моделям поведения: если их оскорбляют или бросают им вызов, у них нет защиты, ничего внутреннего, что могло бы их утешить или подтвердить их ценность. Обычно они реагируют с большой яростью, жаждой мести, исполненные чувства праведности. Это единственный способ, которым они знают, как унять свою неуверенность. В таких столкновениях они будут позиционировать себя как раненую жертву, сбивая с толку других и даже вызывая сочувствие. Они колючи и сверхчувствительны. Почти всё воспринимают на свой счёт. Они могут стать довольно параноидальными и всегда укажут на врагов со всех сторон. Вы можете заметить нетерпеливый или отстранённый взгляд на их лице, когда вы говорите о чём-то, что не касается их напрямую. Они немедленно возвращают разговор к себе, какой-нибудь историей или анекдотом, чтобы отвлечь от скрывающейся за этим неуверенности. Они склонны к жестоким приступам зависти, если видят, что другие получают внимание, которого, как им кажется, заслуживают они. Они часто демонстрируют крайнюю самоуверенность. Это всегда помогает привлечь внимание и аккуратно маскирует их зияющую внутреннюю пустоту и фрагментарное чувство «я». Но остерегайтесь, если эта уверенность когда-нибудь действительно подвергнется испытанию.
Что касается других людей в их жизни, у глубинных нарциссов необычные отношения, которые нам трудно понять. Они склонны видеть в других продолжение себя, так называемые «объекты-я». Люди существуют как инструменты для получения внимания и подтверждения. Их желание — контролировать их, как они контролируют собственную руку или ногу. В отношениях они будут постепенно заставлять партнёра разорвать контакты с друзьями — не должно быть никакой конкуренции за внимание.
Некоторые очень талантливые глубинные нарциссы умудряются обрести некоторое искупление через свою работу, направляя свою энергию и получая желанное внимание через свои достижения, хотя они, как правило, остаются довольно непредсказуемыми и изменчивыми. Однако для большинства глубинных нарциссов может быть трудно сосредоточиться на работе. Им не хватает термостата самооценки, они склонны постоянно беспокоиться о том, что другие думают о них. Это затрудняет длительное сосредоточение внимания вовне и работу с нетерпением и тревогой, которые приходят с работой. Такие типы часто меняют работу и карьеру. Это становится гвоздём в их крышку гроба — не в состоянии привлечь подлинное признание через свои достижения, они навсегда обречены на необходимость искусственно стимулировать внимание.
С глубинными нарциссами может быть досадно и трудно иметь дело; они также могут стать весьма вредными, если мы подходим к ним слишком близко. Они впутывают нас в свои бесконечные драмы и заставляют нас чувствовать себя виноватыми, если мы не уделяем им внимание постоянно. Отношения с ними крайне неудовлетворительны, а иметь такого партнёра или супруга может быть губительно. В конце концов, всё должно вращаться вокруг них. Лучшее решение в таких случаях — уйти с их дороги, как только мы идентифицируем их как глубинного нарцисса.
Однако существует одна разновидность этого типа, которая более опасна и токсична из-за уровня власти, которого она может достичь, — а именно нарциссический лидер (этот тип существует уже давно. В Библии Авессалом был, пожалуй, первым зарегистрированным примером, но мы находим частые упоминания в древней литературе о других — Алкивиаде, Цицероне и императоре Нероне, чтобы назвать нескольких). Почти все диктаторские типы и тиранические генеральные директора попадают в эту категорию. У них обычно больше амбиций, чем у среднего глубинного нарцисса, и какое-то время они могут направлять эту энергию в работу. Полные нарциссической самоуверенности, они привлекают внимание и последователей. Они говорят и делают то, что другие люди не осмеливаются говорить или делать, что кажется восхитительным и подлинным. У них может быть видение какого-то инновационного продукта, и, поскольку они излучают такую уверенность, они могут найти других, кто поможет реализовать их видение. Они эксперты в использовании людей.
Если они добиваются успеха, запускается ужасный механизм — больше людей привлекается к их лидерству, что только раздувает их грандиозные тенденции. Если кто-то осмелится бросить им вызов, они более склонны, чем другие, впадать в ту глубинную нарциссическую ярость. Они сверхчувствительны. Им также нравится разжигать постоянные драмы как средство оправдания своей власти — они единственные, кто может решить проблемы, которые сами же и создают. Это также даёт им больше возможностей быть в центре внимания. Рабочая обстановка при их руководстве никогда не бывает стабильной.
Иногда они могут стать предпринимателями, людьми, которые основывают компанию благодаря своей харизме и способности привлекать последователей. У них также может быть творческая жилка. Но для многих из этих лидерских типов в конечном итоге их собственная внутренняя нестабильность и хаос начинают отражаться в компании или группе, которую они возглавляют. Они не могут создать последовательную структуру или организацию. Всё должно проходить через них. Они должны контролировать всё и всех — свои «объекты-я». Они будут провозглашать это добродетелью — как подлинность и спонтанность — когда на самом деле им не хватает способности сосредоточиться и создать что-то прочное. Они склонны сжигать и уничтожать всё, что создают.
Давайте представим нарциссизм как способ измерения уровня нашей поглощённости собой, как если бы он существовал на измеримой шкале от высокого к низкому. На определённой глубине, скажем, ниже середины шкалы, люди вступают в царство глубинного нарциссизма. Достигнув этой глубины, им очень трудно подняться обратно, потому что им не хватает механизма самооценки. Глубинный нарцисс становится полностью поглощённым собой, почти всегда ниже отметки. Если на мгновение им удаётся взаимодействовать с другими, какой-нибудь комментарий или действие запускают их неуверенность, и они стремительно падают вниз. Но в основном они со временем погружаются всё глубже в себя. Другие люди — инструменты. Реальность — всего лишь отражение их потребностей. Постоянное внимание — их единственный способ выжить.
Выше этой середины находится то, что мы назовём функциональным нарциссизмом, где обитает большинство из нас. Мы тоже поглощены собой, но то, что мешает нам упасть глубоко внутрь себя, — это связное чувство «я», на которое мы можем положиться и которое можем любить (иронично, что слово «нарциссизм» стало означать любовь к себе, тогда как на самом деле у худших нарциссов нет целостного «я», которое можно любить, и это источник их проблемы). Это создаёт некоторую внутреннюю устойчивость. У нас могут быть более глубокие нарциссические моменты, колеблясь ниже отметки, особенно когда мы подавлены или сталкиваемся с жизненными вызовами, но неизбежно мы поднимаем себя. Не чувствуя себя постоянно неуверенными или уязвлёнными, не нуждаясь постоянно в ловле внимания, функциональные нарциссы могут обращать своё внимание наружу, на свою работу и на построение отношений с людьми.
Наша задача, как студентов человеческой природы, трояка. Во-первых, мы должны полностью понять феномен глубинного нарцисса. Хотя они в меньшинстве, некоторые из них могут причинять необычайный вред в мире. Мы должны уметь отличать токсичные типы, которые разжигают драмы и пытаются превратить нас в объекты, которые они могут использовать в своих целях. Они могут привлечь нас своей необычной энергией, но если мы окажемся втянутыми, распутаться может быть кошмаром. Они мастера переворачивать ситуацию и заставлять других чувствовать себя виноватыми. Нарциссические лидеры — самые опасные из всех, и мы должны сопротивляться их притяжению и видеть насквозь фасад их кажущейся креативности. Умение обращаться с глубинными нарциссами в нашей жизни — важное искусство для всех нас.
Во-вторых, мы должны быть честны со своей собственной природой и не отрицать её. Все мы нарциссы. В разговоре мы все рвёмся говорить, рассказывать свою историю, высказывать своё мнение. Нам нравятся люди, которые разделяют наши идеи — они отражают нам наш хороший вкус. Если нам случается быть напористыми, мы видим напористость как положительное качество, потому что оно наше, тогда как другие, более робкие, оценят его как отталкивающее и будут ценить интроспективные качества. Все мы склонны к лести из-за нашей любви к себе. Моралисты, которые пытаются отделить себя и осуждать нарциссов в современном мире, часто являются самыми большими нарциссами из всех — им нравится звук собственного голоса, когда они указывают пальцем и проповедуют. Все мы находимся на спектре поглощённости собой. Создание «я», которое мы можем любить, — это здоровое развитие, и не должно быть связано со стигмой. Без внутреннего самоуважения мы бы впали в глубинный нарциссизм. Но чтобы выйти за рамки функционального нарциссизма, что должно быть нашей целью, мы должны сначала быть честными с собой. Попытки отрицать нашу поглощённую собой природу, попытки притворяться, что мы каким-то образом более альтруистичны, чем другие, делают невозможным наше преобразование.
В-третьих и самое главное, мы должны начать трансформацию в здорового нарцисса. Здоровые нарциссы имеют более сильное, даже более устойчивое чувство «я». Они склонны находиться ближе к вершине шкалы. Они быстрее восстанавливаются после любых ран или оскорблений. Им не нужно столько подтверждения от других. В какой-то момент жизни они осознают, что у них есть пределы и недостатки. Они могут смеяться над этими недостатками и не воспринимать уколы так близко к сердцу. Во многих отношениях, принимая полную картину себя, их любовь к себе более реальна и полна. Из этой более сильной внутренней позиции они могут чаще и легче обращать своё внимание наружу. Это внимание идёт в одном из двух направлений, а иногда и в обоих. Во-первых, они способны направлять свой фокус и свою любовь в свою работу, становясь великими художниками, творцами и изобретателями. Поскольку их внешний фокус на работе более интенсивен, они, как правило, добиваются успеха в своих предприятиях, что даёт им необходимое внимание и подтверждение. У них могут быть моменты сомнений и неуверенности, и художники, как известно, могут быть крайне уязвимыми, но работа служит постоянным освобождением от чрезмерной поглощённости собой.
Другое направление, которое выбирают здоровые нарциссы, — это к людям, развивая эмпатические способности. Представьте эмпатию как царство, лежащее на самом верху шкалы и за её пределами — полное поглощение другими. По самой своей природе, люди обладают огромными способностями понимать других людей изнутри. В самые ранние годы мы чувствовали полную связь с матерью и могли ощущать каждое её настроение и считывать каждую эмоцию довербальным способом. В отличие от любого другого животного или примата, мы также имели способность распространять это за пределы матери на других заботящихся о нас людей и окружающих.
Это физическая форма эмпатии, которую мы чувствуем даже сегодня с нашими ближайшими друзьями, супругами или партнёрами. У нас также есть естественная способность принимать точку зрения других, мысленно проникать в их сознание. Эти способности в значительной степени дремлют из-за нашей поглощённости собой. Но в двадцать с лишним лет и позже, чувствуя себя более уверенно, мы можем начать фокусироваться вовне, на людях, и заново открыть эти способности. Те, кто практикует эту эмпатию, часто становятся выдающимися социальными наблюдателями в искусстве или науке, терапевтами и лидерами высочайшего уровня.
Необходимость развития этой эмпатии сейчас как никогда велика. Различные исследования показывают постепенное увеличение уровней поглощённости собой и нарциссизма у молодых людей с конца 1970-х годов, с гораздо более резким скачком после 2000 года. Во многом это можно объяснить технологиями и интернетом. Люди просто проводят меньше времени в социальных взаимодействиях и больше времени общаясь онлайн, что делает всё более трудным развитие эмпатии и оттачивание социальных навыков. Как и любой навык, эмпатия приходит через качество внимания. Если ваше внимание постоянно прерывается необходимостью смотреть в смартфон, вы никогда по-настоящему не обретаете точку опоры в чувствах или точках зрения других людей. Вас постоянно тянет обратно к себе, вы порхаете по поверхности социальных взаимодействий, никогда по-настоящему не вовлекаясь. Даже в толпе вы остаётесь по сути одинокими. Люди начинают выполнять функцию — не устанавливать связь, а успокаивать вашу неуверенность.
Наш мозг был создан для постоянного социального взаимодействия; сложность этого взаимодействия — один из главных факторов, который резко повысил наш интеллект как вида. В какой-то момент меньшее вовлечение в общение с другими оказывает чисто отрицательный эффект на сам мозг и приводит к атрофии наших социальных мышц. Чтобы усугубить ситуацию, наша культура склонна подчёркивать высшую ценность индивида и индивидуальных прав, поощряя большую вовлечённость в себя. Мы находим всё больше и больше людей, которые не могут представить, что у других может быть иная точка зрения, что мы не все одинаковы в наших желаниях или мыслях.
Вы должны попытаться противостоять этим тенденциям и создать эмпатическую энергию. Каждая сторона спектра имеет свой особый импульс. Глубинный нарциссизм имеет тенденцию топить вас глубже, поскольку ваша связь с реальностью ослабевает, и вы не можете по-настоящему развивать свою работу или отношения. Эмпатия делает противоположное. По мере того, как вы всё больше обращаете своё внимание наружу, вы получаете постоянную положительную обратную связь. Люди хотят больше времени проводить с вами. Вы развиваете свою эмпатическую мышцу; ваша работа улучшается; без усилий вы получаете то внимание, на котором процветают все люди. Эмпатия создаёт свой собственный восходящий, положительный импульс.
Ниже приведены четыре компонента, которые входят в набор эмпатических навыков.
Эмпатическое отношение: Эмпатия — это прежде всего состояние ума, другой способ взаимодействия с другими. Величайшая опасность, с которой вы сталкиваетесь, — это ваше общее предположение, что вы действительно понимаете людей и можете быстро судить и классифицировать их. Вместо этого вы должны начать с предположения, что вы невежественны и что у вас есть естественные предубеждения, которые заставят вас судить о людях неправильно. Окружающие вас люди предъявляют маску, которая служит их целям. Вы принимаете маску за реальность. Откажитесь от своей склонности к поспешным суждениям. Откройте свой разум, чтобы видеть людей в новом свете. Не предполагайте, что вы похожи или что они разделяют ваши ценности. Каждый человек, которого вы встречаете, подобен неизведанной стране с очень особенной психологической химией, которую вы будете тщательно исследовать. Будьте готовы удивиться тому, что вы обнаружите. Этот гибкий, открытый дух сродни творческой энергии — готовность рассматривать больше возможностей и вариантов. По сути, развитие вашей эмпатии также улучшит ваши творческие способности.
Лучшее место для начала этой трансформации в вашем отношении — это ваши многочисленные повседневные разговоры. Попробуйте обратить вспять свой обычный импульс говорить и высказывать своё мнение, желая вместо этого услышать точку зрения другого человека. Проявляйте огромное любопытство в этом направлении. Насколько возможно, отключите свой непрекращающийся внутренний монолог. Уделяйте полное внимание другому. Здесь важно качество вашего слушания, чтобы в ходе разговора вы могли отражать обратно другому человеку то, что он сказал, или то, что осталось недосказанным, но что вы почувствовали. Это окажет огромное обаятельное (seductive) действие.
Как часть этого отношения, вы даёте людям тот же уровень снисхождения, который вы даёте себе. Например, у всех нас есть склонность делать следующее: когда мы совершаем ошибку, мы приписываем её обстоятельствам, которые подтолкнули нас к этому. Но когда другие совершают ошибку, мы склонны видеть в этом недостаток характера, нечто, проистекающее из их несовершенной личности. Это известно как ошибка атрибуции (attribution bias). Вы должны работать против этого. С эмпатическим отношением вы сначала учитываете обстоятельства, которые могли заставить человека сделать то, что он сделал, давая ему ту же презумпцию невиновности, что и себе.
Наконец, принятие этого отношения зависит от качества вашей любви к себе. Если вы чувствуете ужасное превосходство над другими или охвачены неуверенностью, ваши моменты эмпатии и поглощённости людьми будут поверхностными. Вам нужно полное принятие вашего характера, включая ваши недостатки, которые вы можете ясно видеть, но даже ценить и любить. Вы не совершенны. Вы не ангел. У вас та же природа, что и у других. С таким отношением вы можете смеяться над собой и позволять мелким обидам проходить мимо. Из позиции подлинной внутренней силы и устойчивости вы можете легче направлять своё внимание наружу.
Висцеральная эмпатия: Эмпатия — это инструмент эмоциональной настройки. Нам трудно читать или понимать мысли другого человека, но чувства и настроения улавливать гораздо легче. Мы все склонны «заражаться» эмоциями другого человека. Физические границы между нами и другими людьми гораздо более проницаемы, чем мы осознаём. Люди постоянно влияют на наше настроение. То, что вы здесь делаете, — это превращаете эту физиологическую реакцию в знание. Обращайте глубокое внимание на настроения людей, на которые указывают их язык тела и тон голоса. Когда они говорят, у них есть эмоциональный тон, который либо синхронизирован, либо не синхронизирован с тем, что они говорят. Этот тон может быть тоном уверенности, неуверенности, защитной реакции, высокомерия, разочарования, восторга. Этот тон проявляется физически в их голосе, жестах и позе. При каждой встрече вы должны пытаться уловить это, даже прежде чем обращать внимание на то, что они говорят. Это зарегистрируется у вас висцерально, в вашей собственной физической реакции на них. Защитный тон с их стороны будет иметь тенденцию создавать похожее чувство в вас.
Ключевой элемент, который вы пытаетесь понять, — это намерения людей. Почти всегда за любым намерением стоит эмоция, и, помимо их слов, вы настраиваетесь на то, чего они хотят, на их цели, что также физически зарегистрируется в вас, если вы будете внимательны. Например, кто-то из ваших знакомых внезапно проявляет необычный интерес к вашей жизни, уделяет вам такое внимание, какого у вас никогда не было раньше. Это настоящая попытка установить связь или отвлечение, способ смягчить вас, чтобы использовать в своих целях? Вместо того чтобы фокусироваться на их словах, которые демонстрируют интерес и воодушевление, сосредоточьтесь на общем эмоциональном тоне, который вы улавливаете. Насколько глубоко они слушают? Поддерживают ли они постоянный зрительный контакт? Кажется ли вам, что, даже когда они слушают вас, они поглощены собой? Если вы являетесь объектом внезапного внимания, но оно кажется ненадёжным, вероятно, они намерены попросить вас о чём-то, использовать и манипулировать вами каким-то образом.
Этот вид эмпатии во многом зависит от зеркальных нейронов — тех нейронов, которые активируются в нашем мозгу, когда мы наблюдаем, как кто-то что-то делает, например, берёт предмет, как если бы мы делали это сами. Это позволяет нам поставить себя на место других и почувствовать, каково это. Исследования показали, что люди, набирающие высокие баллы в тестах на эмпатию, как правило, отличные имитаторы. Когда кто-то улыбается или морщится от боли, они склонны бессознательно имитировать выражение лица, получая представление о том, что чувствуют другие. Когда мы видим, что кто-то улыбается и в хорошем настроении, это имеет тенденцию заразительно влиять и на нас. Вы можете сознательно использовать эту способность, пытаясь проникнуть в эмоции других, либо буквально имитируя их мимику, либо вызывая в памяти воспоминания о подобном опыте, который вызвал такие же эмоции. Прежде чем Алекс Хейли начал писать «Корни», он провёл некоторое время в тёмном трюме корабля, пытаясь воссоздать тот клаустрофобический ужас, который должны были испытывать рабы. Висцеральная связь с их чувствами позволила ему вписать себя в их мир.
Как дополнение к этому, зеркальное отражение людей на любом уровне вызовет у них эмпатическую реакцию. Это может быть физическим и известно как эффект хамелеона. Люди, которые устанавливают физическую и эмоциональную связь в разговоре, склонны имитировать жесты и позу друг друга, например, скрещивать ноги. До некоторой степени вы можете делать это сознательно, чтобы вызвать связь, намеренно подражая кому-то. Аналогично, кивание головой, когда они говорят, и улыбка углубят связь. Ещё лучше, вы можете войти в дух другого человека. Вы глубоко впитываете его настроение и отражаете его обратно. Вы создаёте чувство взаимопонимания (rapport). Люди тайно жаждут этого эмоционального взаимопонимания в своей повседневной жизни, потому что получают его так редко. Это оказывает гипнотическое действие и взывает к нарциссизму людей, поскольку вы становитесь их зеркалом.
Практикуя этот тип эмпатии, помните, что вы должны сохранять некоторую степень дистанции. Вы не должны полностью погружаться в эмоции другого. Это затруднит анализ того, что вы улавливаете, и может привести к потере контроля, что нездорово. Кроме того, выполнение этого слишком сильно и очевидно может создать жуткий эффект. Кивание, улыбка и отражение в выбранные моменты должны быть тонкими, почти незаметными.
Аналитическая эмпатия: Причина, по которой вы можете так глубоко понимать своих друзей или партнёра, заключается в том, что у вас есть много информации об их вкусах, ценностях и семейном происхождении. У всех нас был опыт, когда мы думали, что знаем кого-то, но со временем нам приходилось корректировать наше первоначальное впечатление, когда мы получали больше информации. Таким образом, хотя физическая эмпатия чрезвычайно сильна, её необходимо дополнять аналитической эмпатией. Это может быть особенно полезно с людьми, к которым мы испытываем сопротивление и с которыми нам трудно идентифицировать себя — либо потому, что они очень отличаются от нас, либо потому, что есть что-то в них, что отталкивает нас. В таких случаях мы естественно прибегаем к суждениям и распределению их по категориям. Есть люди, которые не стоят усилий — отъявленные дураки или настоящие психопаты. Но для большинства других, кто кажется трудным для понимания, мы должны видеть в этом отличный вызов и способ улучшить наши навыки. Как сказал Авраам Линкольн: «Мне не нравится этот человек. Я должен узнать его получше».
Аналитическая эмпатия возникает в основном через разговор и сбор информации, которая позволит вам проникнуть в дух других. Некоторая информация более ценна, чем другая. Например, вы хотите понять ценности людей, которые в основном формируются в самые ранние годы. Люди развивают концепции того, что они считают сильным, чувствительным, щедрым и слабым, часто основываясь на своих родителях и отношениях с ними. Одна женщина увидит в плачущем мужчине признак чувствительности и будет привлечена к нему, в то время как другая увидит в этом слабость и отвращение. Не понимая ценности людей на этом уровне или проецируя свои собственные, вы будете неверно истолковывать их реакции и создавать ненужные конфликты.
Ваша цель, таким образом, — собрать как можно больше информации о ранних годах изучаемых вами людей и их отношениях с родителями и братьями и сёстрами. Имейте в виду, что их текущие отношения с семьёй также многое скажут о прошлом. Постарайтесь понять их реакцию на авторитетные фигуры. Это поможет вам увидеть, в какой степени у них есть склонность к бунтарству или покорности. Их вкус в выборе партнёров также многое скажет.
Если люди не хотят говорить, попробуйте задавать открытые вопросы или начните с искреннего признания собственных ошибок, чтобы установить доверие. В общем, люди любят говорить о себе и своём прошлом, и обычно довольно легко заставить их раскрыться. Ищите триггерные точки (см. главу 1), которые указывают на точки крайней чувствительности. Если они из другой культуры, тем более важно понять эту культуру изнутри их опыта. Ваша цель в целом — выяснить, что делает их уникальными. Вы ищете именно то, что отличается от вас и других людей, которых вы знаете.
Эмпатический навык: Становление эмпатичным включает в себя процесс, как и всё остальное. Чтобы убедиться, что вы действительно прогрессируете и улучшаете свою способность понимать людей на более глубоком уровне, вам нужна обратная связь. Она может быть в одной из двух форм: прямая и косвенная. В прямой форме вы спрашиваете людей об их мыслях и чувствах, чтобы понять, правильно ли вы угадали. Это должно быть сделано discreetly (тактично) и основано на уровне доверия, но это может быть очень точным показателем вашего мастерства. Затем существует косвенная форма — вы чувствуете большее взаимопонимание (rapport) и то, как определённые техники сработали для вас.
Чтобы работать над этим навыком, помните о нескольких вещах: Чем с большим количеством людей вы взаимодействуете лично, тем лучше у вас это будет получаться. И чем больше разнообразия среди людей, которых вы встречаете, тем более универсальным станет ваш навык. Кроме того, сохраняйте ощущение потока. Ваши идеи о людях никогда не должны застывать в суждении. Во время встречи сохраняйте своё внимание активным, чтобы видеть, как другой человек меняется в ходе разговора и какое влияние вы на него оказываете. Будьте живым в моменте. Старайтесь видеть людей, когда они взаимодействуют с другими (не с вами) — люди часто сильно отличаются в зависимости от того, с кем они общаются. Старайтесь фокусироваться не на категориях, а на эмоциональном тоне и настроении, которое люди вызывают в вас, которое постоянно меняется. По мере того, как вы будете становиться лучше в этом, вы будете обнаруживать всё больше и больше сигналов, которые люди подают относительно своей психологии. Вы будете замечать больше. Постоянно смешивайте висцеральное с аналитическим.
Видение улучшения вашего уровня мастерства сильно воодушевит вас и мотивирует идти глубже. В целом вы заметите более гладкое течение жизни, поскольку будете избегать ненужных конфликтов и недопонимания.
Нет записей
